COVID-19, локдаун, социальная изоляция и психическое здоровье

Коронакризис и жизнестойкость – Пандемия сильно ударила по психике женщин, молодежи и родителей маленьких детей – Психиатрические пациенты недовольны телепсихиатрией во время эпидемии – ОКР и безопасность во время пандемии – Рост числа жалоб на психическое здоровье – Сокращение социальных контактов создает риски для подростков – Физические симптомы и хронический стресс во время пандемии – Изоляция и социальный рост детей – Стадии повреждения мозга в результате COVID-19 – Прошлый стресс и устойчивость к будущей травме – Коронавирус угрожает всей нервной системе – Трудности концентрации при учебе онлайн во время пандемии – Реакция популяции на социальное дистанцирование – Рост потребления алкоголя и психическое здоровье женщин в условиях локдауна – Проблемы для людей с аутизмом во время COVID-19 – Депрессия родителя и риск для психического здоровья ребенка – Пандемия ломает привычное мышление – Психозы в результате COVID-19 – Психиатры предпочитают очный контакт с пациентами цифровизированной ''помощи'' - Чувство одиночества во время коронакризиса у молодежи –Долгосрочные психологические эффекты COVID-19 – Психологическое воздействие карантина – Краткосрочные психологические последствия объявления эпидемии COVID-19

- COVID-19  негативно  сказывается  на  повседневной  жизни 
Редкое исследование воздействий текущей пандемии показывает, что COVID-19 сильно влияет на повседневную эмоциональную жизнь и психическое здоровье людей, повышая уровень стресса по ходу удлинения периода локдауна, страха заболеть или продолжения финансовых сложностей. По данным нового исследования, выполненного в Университете Калифорнии (Дейвис), еще больше снижают жизнестойкость и препятствуют способности к совладанию (копингу) невысокий образовательный уровень и иной основной язык (т.е. английский как второй язык). ''Наши данные находятся в ряду первой информации о жизнестойкости в ситуации COVID-19'', - говорит один из авторов Clare Cannon. ''По нашей гипотезе, она ухудшается. Чем дольше все это продолжается, тем менее жизнестойкими мы будем''. Исследование  выполнено на материале опроса онлайн с участием 374 человек с использованием социальный сетей, сайтов и прочих возможностей, в основном в США; начато в апреле 2020 через несколько недель после введение локдауна и продолжалось 10 недель. Людей спрашивали о предшествующем опыте катастроф и стихийных бедствий, их жизнестойкости, воспринимаемом стрессе, текущей ситуации применительно к COVID-19, личных данных и демографических характеристиках. На заполнение опросника требовалось 10 минут. Респонденты заполняли его еще до введения обязательного ношения масок, продления локдауна, значительных потерь рабочих мест и до наступления полного понимания, что мир переживает глобальную экономическую рецессию и катастрофический кризис в системе здравоохранения. Кроме того, на момент заполнения опросника меньшее количество людей столкнулись с болезнью в собственной семье, чем в более поздних опросах. Авторов интересовала роль воспринимаемого стресса с учетом демографических переменных. Результаты опубликованы в журнале  Sustainability. 
    Стресс от контакта с другими. Обычно во время стихийных бедствий люди находят успокоение в обращении за помощью и получении поддержки от соседей и друзей. Однако в условиях пандемии COVID-19 контакты с другими повышают риски и страх заболеть. ''То есть, если нам что-то нужно от других людей, это усиливает наш стресс'', - поясняет Cannon. ''Чем выше уровень воспринимаемого стресса, тем ниже жизнестойкость людей''. 
    Популяция перед лицом неопределенности. Материалы исследования показывают, что по данным 28 дней погружения в пандемию, 2/3 респондентов сообщают об умеренном или высоком уровнях стресса. Большинство респондентов были женщины (75%), с хорошим образовательным уровнем, белые и все на момент опроса работали. ''В этой связи встает вопрос: будут ли в популяции с меньшим социальным капиталом и меньшими финансовыми ресурсами уровни стресса выше, а уровни жизнестойкости ниже?''. Авторы подчеркивают, что исследование указывает на необходимость поиска решений для популяции, переживающей такую степень неопределенности. ''Правительства должны ослаблять ассоциированные с пандемием риски, обеспечивая необходимыми ресурсами индивидов, домашние хозяйства и сообщества с целью поддержания их жизнестойкости в течение длительного времени. Правительства должны выступать в роли буфера, смягчающего удар пандемии, и призваны в конечном итоге уменьшить стресс и обеспечить оптимальное здоровье и благополучие граждан в условиях воздействия неблагоприятных факторов'', - заключают авторы. Источник: COVID-19 taking a toll on everyday lives. - Internet (medicalxpress.com), 25.08.20. Полный текст оригинала см.: https://bit.ly/2YYdVvW 

- Пандемия  сильнее  всего  ударила  по  психике  женщин,  молодежи  и  родителей  маленьких  детей
По данным крупного британского исследования, введенный в стране с 23 марта 2020 локдаун в связи с COVID-19 сильнее всего затронул психическое здоровье женщин, молодежи и родителей детей в возрасте до пяти лет. Исследование дало первую высококачественную информацию о психическом здоровье во время пандемии, основанную на данных 17452 участников крупнейшего британского лонгитудинального  и продолжающегося проекта Understanding Society (начат в 2009 году и отслеживает более 40000 домохозяйств). 
В апреле 2020 ученые пригласили всех участников проекта в возрасте старше 16 лет поучаствовать онлайн в обследовании в связи с COVID-19 и заполнить скрининговый инструмент общего состояния здоровья GHQ-12. Результаты этого обследования сравнивались с результатами предыдущего – в 2018 году. Как и предполагалось, было обнаружено общее увеличение психического дистресса, по сравнению с предыдущим: средний популяционный показатель GHQ-12 вырос с 11,5 в 2018 до 12,6 в апреле 2020.
В разгар пандемии порядка трети британцев испытывали клинически значимые уровни психологического дистресса, тогда как до пандемии таких было около 20%. В некоторых группах рост дистресса в условиях локдауна был выраженнее, в частности, он отмечен у 33% женщин, 32% родителей с маленькими детьми и 37% молодежи. Среди молодых женщин клинически значимые уровни психологического дистресса выявлены у 44%, по сравнению с 32% до пандемии. Анализ отразил ситуацию в Соединенном Королевстве через месяц после введения локдауна, хотя исследователи предполагают, что расхождения в психическом здоровье могут возрасти в будущем по причине экономической рецессии и окончания ипотечных каникул. В данном исследовании ученые не выявили значимого ухудшения психического здоровья у мужчин и у лиц старше 45 лет, хотя они признают, что многие мужчины впоследствии пострадают от снижения дохода или наличия в семье маленьких детей. 
Авторы подчеркивают, что наибольшую физическую угрозу COVID-19 представляет для пожилых людей, мужчин, этнических меньшинств и людей с расстроенным здоровьем. Но в части психического здоровья среди пострадавших диспропорционально представлены молодежь и женщины, и это говорит о необходимости обеспечения для них доступа к службам, работающим в том числе с домашним  насилием, а также сексуальным и репродуктивным здоровьем. Кроме того, срочно нужны заведения, обеспечивающие уход за детьми. Исследование опубликовано в The Lancet Psychiatry. Источник: Mental health of women, young adults and parents worst hit by pandemic. - Internet (medicalxpress.com), 21.07.20.  Полный текст оригинала см.: https://bit.ly/2ETOEf8

- Пациенты  служб  психического  здоровья:  ''От  видеозвонков  толка  нет.  Совсем"
Психиатры и психологи предпочитают очный контакт с пациентом. Это показало исследование, выполненное в Медцентре Утрехтского университета: лишь 1% из более 500 опрошенных специалистов выбрали видеозвонки, по сравнению с очным контактом. Врачи и психологи системы психического здоровья в этом выборе не одиноки – пациенты тоже не усматривают в видеозвонках удовлетворительной альтернативы обычному общению со своим доктором / психотерапевтом. На платформе реакций на упомянутое исследование они объясняют, почему:
(1)    Пациент о видеозвонках: ''Не виден язык тела''
''На прошлой неделе у меня была первая беседа с психологом. Я был дома в своем Интернете, а она, по-видимому, говорила с работы. Помимо этого, часто ты видишь только ее лицо, т.е. язык тела не виден. Лично меня это не очень устраивает. Да и звук тоже не оптимальный, и вообще не хватает соответствующей среды. Дома, конечно, чувствуешь себя в безопасности, но такое место как служба психического здоровья – это нечто другое. Туда мы идем, чтобы нам помогли. Если я участвую в психотерапии из дома, то у меня такое чувство, как будто это ''уютные посиделки''. 
(2)    Видеозвонки с пациентом с аутизмом: ''Толка нет. Совсем" 
''Мой сын с аутизмом сейчас тоже поддерживает контакт со своим коучем из системы психического здоровья через видеозвонки. Это вообще не работает. Он ее не понимает, потому что не может как следует удерживать внимание, он жмет на все кнопки, по сто раз включает и выключает видеокамеру, микрофон, забирается под стол и говорит прикрыв рукой рот. При очном общении коуч значительно лучше может подсоединиться, и они во всяком случае понимают друг друга''. 
(3)    Опять уход в депрессию, но лечение ''живьем'' невозможно
''Моя жена в последние месяцы должна была пользоваться цифровым контактом. Разумеется, ничего хорошего из этого не получилось. Она только-только выбралась из годичной депрессии после смерти ее матери – и теперь из-за стресса в связи с ''короной'' она опять наполовину погрузилась в депрессию. Раньше ей очень хорошо помогли очная психотерапия  и посещения специалистом на дому, но из-за ограничительных мер, введенных в связи с пандемией, это стало более невозможно. Но за это время стало очевидно, что цифровой контакт ни в коей мере не является заменой подлинного контакта.
(4)    Пациенты во время видозвонков играют, как актеры в театре
''Моя соседка не хочет пользоваться видеозвонками, и она просто разговаривает по телефону, потому что не знает, как делать видеозвонки. Ей необходимо сообщать множество данных по различным формам, и мне приходится ей помогать, потому что она их не понимает. Я вижу, что она, звоня по телефону, устраивает целое представление и хочет показать, что у нее все хорошо. А это не так. Она под предлогом ''короны'' считает, что ей ничего не надо делать, и целыми днями сидит дома. Никакой психотерапии, никаких посещений физиотерапии, покупки заказываются с доставкой на дом, никаких выходов к парикмахеру. Опять вообще ничего, как и раньше – до начала терапии ее агорафобии''. 
(5)    Видеозвонки не подходят для работы ''на более глубоком уровне''
''Наша психологическая практика в течение нескольких недель была закрыта для клиентов. Мы осуществляли контакты с ними посредством видеозвонков. Хороший способ согласовать что-то или обсудить какие-то ситуации. Некоторые клиенты не желали контактировать через экран, а у кого-то не было хорошо работающего компьютера. Очевидно, что видеозвонки не предназначены для воздействия на глубинном уровне. А именно с ним мы большей частью работаем в ходе психотерапии. И даже тогда между нами есть некая ширма, и ты видишь лишь малую часть человека, ибо контакт носит слишком клинический характер. Так что я очень рада, что теперь мы опять можем очно встречаться со своими клиентами. И наши клиенты, конечно, тоже рады''. 
Источник: GGZ-patienten: ''Beeldbellen werkt voor geen meter''. - Internet (ggznieuws.nl), 15.06.20. 

- У  нас  теперь  у  всех  ОКР?
На межуниверситетском британском сайте  The  Conversation профессор психиатрии и нейронаук из американского исследовательского университета Уэйна в Детройте д-р  David Rosenberg обращается к теме размывания границ между обсессивно-компульсивным расстройством (ОКР) и безопасностью во время продолжающейся опасной пандемии. Он пишет: ''Одной из главных характеристик ОКР является страх заражения и чрезмерное мытье рук. Перед лицом новой смертельной пандемии в нашу культуру проникла и продолжит влиять на нее новая норма, связанная с превенцией заражения. Многие магазины ввели правила обязательного ношения маски, использования санитайзера для рук и ограничения числа посетителей, находящихся в помещении одновременно. Пешеходы и любители пробежек вежливо смещаются на дороге, чтобы увеличить дистанцию с другими. Всего несколько месяцев назад такое поведение было бы сочтено чрезмерным, и уж точно не здоровым. Итак, где врачи проводят линию разграничения между бдительностью с целью избежать заражения коронавирусом и ОКР, которое может причинить вред человеку? 
    ''Адаптация или интернет-аддикция? С начала пандемии стало труднее оценивать поведение, которое ранее считалось чрезмерным. Многое из того, что ранее считалось патологическим, сейчас рассматривается как необходимое для защиты здоровья человека и приветствуются как адаптивное и изобретательное. До COVID-19 в обществе нарастала обеспокоенность относительно компульсивного использования Интернета или Интернет-аддикции, которая характеризуется избыточным использованием и зависимостью от цифровых устройств. Однако во время пандемии общество быстро нашло применение онлайн-возможностям и приспособилось к ним. Там, где возможно, люди работали из дома, дети посещали школу онлайн, а социализация осуществлялась через онлайн-клубы для чтения. Даже определенные потребности в помощи удовлетворялись с помощью телемедицины. Цифровой контакт вдруг стал самым обычным делом, а многие из нас почувствовали, что нам повезло иметь такой доступ к связи. Подобно страху заражения, некоторые проявления цифрового поведения, к которым ранее были вопросы, стали проявлениями  адаптивного поведения, позволяющими сохранить наше здоровье. Но не все. 
    ''И все-таки, это обсессивно-компульсивное или защитное? Несмотря на то, что поведение в эру COVID-19 может показаться клиническим ОКР, существуют ключевые отличия между протективным поведением перед лицом отчетливой опасности в виде пандемии и клиническим диагнозом ОКР. Главное различие в том, что персистирующие, повторяющиеся, ритуального характера мысли, идеи и поведение у людей, страдающих ОКР, нередко начинают управлять жизнью человека. Когда  большинство из нас один-два раза проверяют дверь, чтобы убедиться, что она заперта, или моют руки после посещения продуктового магазина или туалета, наш мозг посылает нам сигнал ''все в порядке'' и можно продолжать заниматься своими делами. Человек с ОКР никогда не получает сигнал ''все в порядке''. Он может по несколько часов в день мыть руки, вплоть до того, что кожа рук начинает трескаться и кровоточить. Некоторые пациенты с ОКР настолько заняты ритуалами проверки, что не могут выйти из дома. 
    ''Триггеров ОКР избежать все труднее. Принципы, относящиеся к компульсивному мытью рук, относятся и к компульсивному пользованию Интернетом и электронными гаджетами. Чрезмерное пользование ими может мешать работе и учебе, и приносить вред психологическому и социальному функционированию. Помимо социальных и семейных проблем, такое поведение может вызвать проблемы медицинские, вкл. боль в спине и шее, ожирение и напряжение для глаз. 
    ''Американская ассоциация педиатров рекомендует, чтобы пользование тинейджерами Интернета и электронных устройств не превышало двух часов в день. Некоторые подростки с Интернет-аддикцией сейчас сидят в Сети 80-100 часов в неделю, отказываясь заниматься чем-нибудь другим, в т.ч. выполнять школьные домашние задания, делать что-то вне дома, общаться с членами семьи. Цифровой мир становится черной дырой, в которую им все труднее не попасть. Для людей, уже испытывающих проблемы с чрезмерной привязанностью к Интернету и социальным медиа, новые повышенные требования к использованию цифровых платформ для работы, учебы, покупки продуктов и иной занятости могут еще больше расширить вход в эту ''черную дыру''. 
    Люди, которые до пандемии уже испытывали страх заражения или не могли регулировать свое пользование цифровыми технологиями, оказываются в провоцирующей - ''триггерной'' – ситуации, которой раньше можно было избежать, а в условиях пандемии это сделать все труднее.  Источник: Are we all OCD now? - Internet (theconversation.com), 15.06.20.  Полный текст оригинала со ссылками см.: 
https://bit.ly/2QPBzGi 

- Увеличение  числа  людей  с  жалобами  на  психическое  здоровье
Нидерландское профессиональное психиатрическое издание сообщает об нарастании жалоб у 65% людей, у которых еще до эпидемии COVID-19 были серьезные проблемы с психическим здоровьем. Это данные исследования, проведенного пациентской организацией MIND среди 4000 участников, из которых ответили 1162 человека. В первом опросе в марте с.г. половина участников признали, что испытывают больше жалоб. Кроме этого, у большинства опрошенных со временем изменился спектр наиболее упоминаемых жалоб: так, в конце апреля стресс и напряжение упоминались чаще, чем тревога и паника в опросе месяцем ранее. MIND предупреждает, что система психического здоровья должна быть готова к росту обращений за помощью среди уже существующих клиентов и усилению потока новых клиентов. Источник: Toename mensen met psychische klachten. - de Psychiater, 15.06.20, p. 6. 

-  Сокращение  социальных  контактов  из-за  коронавируса  создает  риски  для  подростков
Сокращение личных очных контактов с друзьями во время пандемии может иметь долгосрочные последствия для тинейджеров - таково мнение специалистов, занимающихся исследованиями головного мозга. В этот чувствительный период жизни может пострадать развитие их мозга, а также их поведение и психическое здоровье в целом. Отчасти негативные эффекты социального дистанцирования могут снять социальные сети, пишут ученые в публикации в  The  Lancet  Child  &  Adolescent  Health.  Они призывают в приоритетном порядке открыть школы для молодых людей, как только это будет безопасно. 
    Подростковый возраст (по определению ученых, период с 10 до 24 лет) – это уязвимая стадия жизни, когда молодые люди хотят больше времени проводить не столько с семьей, сколько со своими друзьями и сверстниками – по мере того, как они готовятся вступать во взрослую жизнь. В сочетании со значимыми гормональными и биологическими изменениями, это ключевой период для развития головного мозга. Это также период жизни, когда большей частью начинаются проблемы психического здоровья. 
Приход коронавируса все это нарушил, говорит ведущий автор публикации проф. Sarah-Jayne Blakemore (Кембриджский университет, СК). ''Из-за воздействия пандемии COVID-19 у многих молодых людей во всем мире сейчас заметно меньше возможностей очного взаимодействия со сверстниками в своем социальном окружении, и это происходит в период жизни, когда такое общение больше всего нужно для их развития'', - говорит Blakemore. ''Даже при временном характере мер физического дистанцирования, несколько месяцев представляют собой довольно большую часть жизни молодого человека. Мы настаиваем на том, чтобы политики срочно обратились к вопросам благополучия молодых людей в это время''. 
    Авторы призывают усилить внимание к исследованию эффекта ''социальной депривации'' у подростков. В настоящее время исследования на животных (обезьяны и грызуны) указывают на усиление тревожного поведения и снижение связанных с научением и памятью мозговых функций, когда животных лишают социального контакта. Ученые предполагают, что это обусловлено отсутствием опыта социального научения. 
Влияние социальных медиа: учитывая, что 69% младших подростков (возраст 12-15 лет) в Великобритании имеют свои профили в социальных медиа, социальные контакты все-таки возможны в разнообразных формах – от Инстаграма до гейминга онлайн. Вопрос в том, насколько и какая цифровизированная коммуникация помогает ослабить эффект физического дистанцирования, говорит д-р Orben. ''Некоторые исследования показывают, что активное пользование соцсетями, напр., отправление  текстовых сообщений или размещение их напрямую на профиле другого человека, улучшает благополучие и помогает поддерживать личные взаимоотношения. Вместе с тем, предполагается, что пассивное пользование соцмедиа, напр., просмотр новостных поступлений, негативно влияет на благополучие''. В Великобритании правила локдауна в связи с COVID-19, с закрытием школ для большинства детей, были введены с 20.03.20. Сейчас в Англии возобновили работу очень небольшое количество начальных школ и только маленькими группами. Источник: Coronavirus social-contact curbs ‘put adolescents at risk', - BBC news, 13.06.20. Полный текст оригинала см.: 
https://bit.ly/2GhKGgV 

- Странные  физические  симптомы?  Это  результат  хронического  жизненного  стресса  во  время  пандемии  COVID-19
На межуниверситетском британском сайте  The  Conversation профессор психологии и психиатрии Kate Harkness (Университет Куинс, Кингстон, Канада) обращается к теме ухудшения физического самочувствия во время самоизоляции и изменения образа жизни во время последней пандемии коронавируса. Вот что она пишет: 
    ''Если у вас во время нынешней пандемии COVID-19 участились головные боли, или вас беспокоит желудок, или появился зуд, высыпали прыщи, или менструации стали нерегулярными и болезненными, то, согласно данным научных исследований, виной тому могут быть биологические реакции организма на стресс. Система нашего биологического ответа на стресс - гипоталамо-гипофизарно-адреналовая ось (ГГА-ось) – эволюционировала на протяжении сотен миллионов лет, чтобы помочь нашим позвоночным предкам быстро мобилизовать энергию, чтобы противостоять непосредственной, представляющей угрозу для жизни опасности, напр., в ситуации нападения хищника. В краткосрочных условиях эта система крайне эффективна и обеспечивает выживание. 
    Нынешняя проблема – в том, что ситуация затянулась на месяцы, и конца пока не очень видно. Хронический стресс вводит ГГА-ось в режим гиперактивации, эффект  которой почувствуется во всем организме. Более того, эти симптомы могут даже стать дальнейшими источниками стресса. Понимание того, почему наш организм реагирует таким образом, может помочь нам выработать стратегии предотвращения глубокого влияния на нас стресса.
    Биологический ответ на стресс: когда животные воспринимают наличие угрозы в своем окружении, ГГА-ось стимулирует надпочечники к выбросу гормона кортизола. Кортизол вместе с адреналином обеспечивают поступление кислорода к основным мышцам, что позволяет животному бороться или бежать от опасности. Этот ответ ''бороться / бежать'' вызывает такие физические симптомы как частое сердцебиение, чувство сжатия в груди (сердце гонит кислород к основным мышцам), ощущение ''бабочек в животе'', тошнота и покалывание в конечностях (идет отток крови от желудка и конечностей и ее прилив к основным мышцам). 
    ГГА-ось также взаимодействует с иммунной системой, чтобы справиться с последствиями. Кортизол обладает мощным противовоспалительным действием, и он связывается с большим количеством рецепторов в коже, чтобы помочь залечить раны и бороться с инфекцией. ГГА-ось не делает различий между ситуацией угрозы для жизни из-за нападения хищника и современными стрессорами. Так, если у вас на ранних стадиях этого кризиса чувствовались какие-то странности в животе или ускорялось сердцебиение, когда вы читали новости о росте числа случаев COVID-19, ваш организм делал то, что он и должен был делать, хотя в этот момент лично для вас не было непосредственной физической угрозы. 
    Проблема хронического стресса: однако, дело в то, что нападение хищника – это явление, ограниченное во времени. В отличие от этой краткосрочной неотложной ситуации, пандемия COVID-19 продолжается уже не одну неделю, и это сопровождается социальной изоляцией, проблемами с работой и деньгами для людей, и обязанностями по уходу за детьми и близкими. К сожалению, ГГА-ось знает лишь одно: если мы воспринимаем опасность в окружающей среде, то ей следует осуществить выброс гормонов стресса. То есть, если мы все это время воспринимаем нашу окружающую среду как угрозу, то ГГА-ось все это время будет производить гормоны стресса. 
    Одним из наиболее выраженных эффектов продолжительного выброса кортизола является глюкокортикоидная резистентность. Это - когда клетки в иммунной системе становятся менее чувствительными к противовоспалительному эффекту кортизола. В результате кортизол начинает повышать уровень воспаления во всем организме и в головном мозге. 
    Итак, у вас зуд и сыпь? Уже не все рецепторы кортизола в вашей коже воспринимают его противовоспалительное действие, и вместо этого происходит выброс веществ, вызывающих воспалительные процессы в коже. У вас головные и желудочные  боли? Болезненные менструации? Все эти симптомы тоже могут быть результатом воспаления в системах этих органов, вызванных хронической активацией оси ГГА. Даже психологические симптомы, напр., чувство подавленности или одиночества, сопряжены с высвобождением провоспалительных веществ в результате воздействия хронического стресса. 
    Как справиться с нашим ответом на стресс: многое из того, что мы воспринимаем в повседневной жизни как стрессовое, не связано непосредственно с заражением вирусом COVID-19, а является результатом изменений, которые мы были вынуждены внести в обычную жизнь. Так, переключение на работу из дома или полное прекращение трудовой деятельности сорвали наш обычный режим сна, еды и занятости, который выстраивает наш внутренние биологические часы. Пребывание в помещении означает уменьшение физической нагрузки и снижение уровней активности. Многие люди, особенно проживающие одни, оказались социально изолированы от своих друзей и близких. Нарушения обычного биологического ритма человека, отсутствие физической активности и социальная изоляция в свою очередь сильно сопряжены с нарушениями регуляции в стрессовой и иммунной системах организма, и выбросах провоспалительных веществ в организм и в головной мозг''.  
     К счастью, даже небольшие положительные изменения в этих областях дают сильный эффект понижения уровня стресса. Так что рекомендуются поддерживать обычный режим дня, делать физические упражнения и регулярно хотя бы на расстоянии общаться с близкими и друзьями. Это поможет защитить от биологического и психологического воздействия стресса. Источник: Strange physical symptoms? Blame the chronic stress of life during the COVID-19 pandemic. - Internet (theconversation.com), 12.06.20. Полный текст со ссылками см.: https://bit.ly/3lGE0t2 

- Один  дома:  вызовут  ли  связанные  с  пандемией  изменения  долгосрочные  негативные  последствия  в  психическом  здоровье  детей?
Изоляция в связи с пандемией коронавируса может замедлить социальный рост детей, так как в условиях изоляции они оказались лишены опыта, необходимого для их эмоционального развития, а этот опыт получается в результате игр на переменах, совместного приема пищи, совместной учебы в классе. Недавно в интервью программе Health-Day Live директор Центра детского здоровья в Сиэттле д-р Dimitri Christakis с коллегой Dan Domenech обсуждали возможное влияние закрытия школ и лишения детей возможности общения со сверстниками в ходе общей деятельности. Они еще раз подчеркнули, что человек - ''животное социальное'', и ограничения, наложенные на социальные контакты во время пандемии, могут навредить психическому здоровью, особенно психическому здоровью детей. В то же время пока трудно сказать, каковы будут долгосрочные последствия изоляции для детей, потому что прецедентов подобных вмешательств в нормальную жизнь нет, добавил Christakis. У детей в условиях одиночества и изоляции может быть повышена вероятность депрессии и других проблем психического здоровья – это показывает британский обзор 63 исследований на материале более 51.000 участников, опубликованный в  Journal  of  the  American  Academy  of  Child  &  Adolescent  Psychiatry (полный текст оригинала см.:  https://bit.ly/3lGE0t2 .  Ученые из Батского университета (Maria Elizabeth Loades et al.) выяснили, что изоляция ассоциирована с проблемами психического здоровья много лет спустя (до 9 лет), и продолжительные периоды одиночества оказались более надежными индикаторами будущих проблем психического здоровья. Чтобы противодействовать текущему и будущему дистрессу, Christakis и Domenech рекомендуют родителям и учителям отдавать приоритет эмоциональным потребностям детей: ''Важнее заниматься эмоциональными потребностями учащихся, а не сосредотачиваться на их неудовлетворительной  академической успеваемости. С успеваемостью можно со временем справиться (догнать), а вот их эмоциональное научение и травма, через которую они проходили, могут оказаться самым главным'', - отмечает Domenech. Специалисты рекомендуют родителям использовать все возможности для очной занятости их детей совместно с другими детьми (разумеется, при соблюдении общих действующих рекомендаций). ''Существующий дефицит социального научения должен быть закрыт. Дети должны проводить больше времени со сверстниками на улице. Если уже есть возможность выезда в летний лагерь, то это наилучший вариант'', - говорит Christakis. Источник: Home alone: will pandemic’ s changes harm kids’ mental health long-term? - Internet (medicalxpress.com), 12.06.20. 

- Три  стадии  установленных  неврологами  повреждений  мозга  в  результате  COVID-19
В  Journal  of  Alzheimer  Disease  только что опубликован всесторонний обзор воздействий COVID-19 на нервную систему, который классифицирует поражения мозга с выделением трех стадий. Один из авторов – д-р Majid Fotuhi (Университет Джона Хопкинса, США) призывает увеличить исследования долгосрочных влияний COVID-19 на головной мозг и подчеркивает необходимость для пациентов МРТ мозга перед выпиской из больницы. 
    ''Мы узнаем, что у значительного числа госпитализированных пациентов с COVID-19 обнаруживаются поражения мозга в разной степени. Медицинскому сообществу требуется отслеживать этих пациентов во времени, так как у кого-то из них в будущем может развиться когнитивное снижение, дефицит внимания, ''туман в голове'' или болезнь Альцгеймера, и нам нужно понять природу и тяжесть их неврологического дефицита. Начальной точкой для оценки и лечения является базовая  МРТ при выписке из больницы'', - поясняет Fotuhi. В только что опубликованной статье медики предупреждают о неврологических аспектах у пациентов с коронавирусом, в частности, инсультах, судорогах, спутанности, головокружении, параличе и/ или коме. Уже получены первые данные: так исследование из Уханя (Китай) показало, что 45% пациентов с тяжелым COVID-19 испытывают заметный неврологический дефицит. Другое исследование из Франции показало у 84% пациентов с COVID-19 в интенсивной терапии позитивную патологию при неврологическом осмотре, а также  резидуальную дисфункцию исполнительной функции при выписке из интенсивной терапии у 15% пациентов, и эта дисфункция выражалась в слабости внимания, трудностях принятия решений и контроля поведения. 
    В статье предлагается классификационная схема НейроКовид (NeuroCovid) из трех стадий - как основа для развития будущих гипотез и исследований в отношении COVID-19 и нервной системы:
•    Стадия 1: вред от вируса ограничен повреждением клеток эпителия в носу и ротовой полости, и основные симптомы включают в себя транзиторную потерю запаха и вкуса
•    Стадия 2: вирус запускает массивное воспаление, называемое цитокиновым штормом, которое начинается в легких и перемещается по кровеносным сосудам во все другие органы. Цитокиновый шторм ведет к формированию сгустков крови, которые вызывают малые или большие инсульты в головном мозге
•    Стадия 3: эксплозивный уровень цитокинового шторма повреждает гемато-энцефалический барьер. В результате содержание крови, воспалительные маркеры и вирусные частицы наполняют мозг, и у пациентов развиваются судороги, спутанность, кома или энцефалопатия. 
Fotuhi отмечает, что у многих пациентов с коронавирусом вначале может и не быть заметных неврологических симптомов, но в некоторых случаях они могут появляться еще до появления температуры, кашля и одышки. Помимо МРТ при выписке, таким пациентам после госпитализации требуется наблюдение на протяжении нескольких месяцев. ''Наш опыт с предыдущими коронавирусами говорит о том, что в долгосрочной перспективе у пациентов может развиться депрессия, инсомния, болезнь Паркинсона, потеря памяти или ускоренное старение мозга. Выздоравливающим от COVID-19 я рекомендую регулярные физические упражнения, здоровое питание, снижение уровня стресса и улучшение сна – это критически важно для омоложения мозга и минимизации неблагоприятного исхода в будущем'', - говорит Fotuhi. Ранее эта 12-недельная программа реабилитации мозга (Brain Fitness Program) опубликована в   Journal of Prevention of Alzheimer Disease (2016) (см.: https://bit.ly/3gS1esD ). В ней авторы отмечают улучшение мозговой функции у 84% пожилых лиц с когнитивным поражением, завершивших программу реабилитации. Сейчас эту программу адаптируют к потребностям пациентов, перенесших COVID-19. Источник: Three stages to COVID-19 brain damage identified by neurologists. - Internet (medicalxpress.com), 11.06.20.  Полный текст оригинала см.: https://bit.ly/3lFNuVr 

- Пережитый  в  прошлом  стресс  не  формирует  устойчивости  к  будущей  травме
Люди любят говорить: ''Если беда не убивает, то она делает человека сильнее''. Но новое исследование, выполненное под рук. ученых из британского Университета Брауна, выяснило, что это утверждение ложно. На самом деле, по данным исследования, справедливо обратное: пережитый в прошлом стресс повышает чувствительность человека к последующим психологическим травмам, усиливая для них вероятность развития расстройств психического здоровья. ''Мы надеемся, что это исследование оживит интерес к данной теме в связи с нарастающим количеством стихийных бедствий, которые являются следствием изменения климата, напр. как при разрушительном землетрясении в Чили и соседних странах'', - говорит ведущий автор исследования психиатрический эпидемиолог Cristina Fernandes. ''Непосредственное глобальное воздействие таких катастрофических событий на болезни, смерти и экономику достаточно хорошо установлено. К сожалению, несмотря на высокий уровень бремени болезни, психические заболевания остаются недостаточно освещенной областью, лишенной внимания политиков и соответствующего финансирования''. Новое исследование опубликовано в  British  Journal  of  Psychiatry.  В ходе этого исследования ученые обследовали 1.160 чилийцев в 2003 и 2011 гг., т.е., до- и после шестого по мощности в истории региона землетрясения с последующим цунами, случившихся в 2010. В начале исследования в 2003 ни у одного из участников исследования в истории не было ПТСР или большого депрессивного расстройства. После землетрясения 2010 года диагноз ПТСР поставлен 9,1%, а диагноз большого депрессивного расстройства 14,4% переживших это событие. Риск развития этих расстройств был особенно высок среди лиц, испытавших до землетрясения воздействие нескольких стрессоров, напр., тяжелой болезни или физической травмы, смерти близкого человека, развода, безработицы или финансовых проблем, судебных тяжб или потери ценной собственности. Люди с повышенным риском ПТСР после бедствия (в сравнении с людьми с отсутствием стрессоров) должны были пересечь ''порог тяжести'' из 4-х или более стрессоров, предшествующих стихийному бедствию. 
    Для большого депрессивного расстройства паттерн был несколько иным: каждый предшествующий стихийному бедствию стрессор – даже единичный – повышал риск развития этого расстройства после бедствия, и каждый последующий стрессор повышал риск далее. По мнению ученых, оба результата говорят о том, что для переживших чилийскую катастрофу людей, испытавших до этого воздействие нескольких стрессоров или прошедших через психологическую травму, риск развития впоследствии психических расстройств был выше, чем у лиц, переживших воздействие меньшего количества стрессоров или не испытавших таких воздействий. ''К сожалению, то же может оказаться применимо к ситуации с COVID-19'', - говорит профессор эпидемиологии и рук. исследования Stephan Buka. ''Мы уже видим, как афро- и латиноамериканцы дают более высокие уровни инфицирования коронавирусом и смертности. Все доказательные данные говорят о том, что у групп, находящихся в неблагоприятных финансовых и социальных условиях, с часто повышенными уровнями предшествующих жизненных стрессов (напр., ограниченность финансовых ресурсов и нестабильность с работой) будет самая высокая вероятность пострадать от психиатрических расстройств по итогам пандемии''.  Ученые надеются, что их исследование поможет другим странам понять значение доступной помощи в области психического здоровья. Источник: Past stressful experiences do not create resilience to future trauma. - Internet (medicalxpress.com), 11.06.20. Оригинал см.: https://bit.ly/3lHIxLI

- COVID-19  угрожает  всей  нервной  системе
Новый обзор неврологических симптомов пациентов с COVID-19 в текущей научной литературе показывает, что данная болезнь представляет собой общую угрозу для всей нервной системы. Об этом сообщает публикация в  Annals  of  Neurology  по итогам исследования, выполненного в американском Северо-западном университете в Эванстоне (Иллинойс). Авторы отмечают, что примерно у половины госпитализированных пациентов обнаруживаются неврологические проявления COVID-19, среди которых головные боли, головокружения, пониженный уровень готовности, трудности концентрации, нарушения обоняния и вкуса, судороги, инсульты, слабость и мышечные боли, причем эти симптомы могут проявляться еще до высокой температуры, кашля или респираторных проблем. В обзоре описываются разнообразные неврологические состояния, которые могут отмечаться у пациентов с  COVID-19, описывается, как их диагностировать, и рассматриваются вероятные патогенетические механизмы. Авторы Igor Koralnik и Kenneth Tyler подчеркивают, что коль скоро эта болезнь может затрагивать сразу несколько органов (легкие, почки, сердце), мозг тоже может страдать из-за недостатка поступления кислорода или расстройств свертываемости крови, что может привести к ишемическим или геморрагическим инсультам. Кроме того, вирус может напрямую инфицировать мозг и мозговую оболочку. И, наконец, реакция на инфекцию иммунной системы может вызвать воспаление, которое может навредить мозгу и нервам. Авторы планируют отследить некоторых пациентов в будущем, чтобы выяснить, насколько (не)обратимы обнаруженные неврологические проблемы во времени. Источник: COVID-19 threatens the entire nervous system. - Internet (medicalxpress.com), 11.06.20.  Полный текст оригинала см.: https://bit.ly/3hRUqg3 

- Трудно  концентрироваться  во  время  пандемии  коронавируса?  Нейронаука  объясняет,  почему  так  происходит
На межуниверситетском британском сайте  The  Conversation профессор психологии и исследователь Beatrice Pudelko (Университет TELUQ, Квебек, Канада) обращается к теме трудностей с учебой онлайн у студентов во время самоизоляции в связи с COVID-19. Вот что она пишет: 
    ''Страх, тревога, беспокойство, отсутствие мотивации и трудности с концентрацией – студенты ссылаются на самые разные причины против дистанционного обучения. Но насколько они реальны? Что об этом говорит наука?'', - начинает автор. ''В начале пандемии, когда колледжи Квебека начали переводить учебу в режим онлайн, студенты выразили свой протест, отметив, что ''такой контекст не способствует обучению''. Преподаватели тоже почувствовали ''нежелание студентов продолжать обучение в таких условиях''. Множество негативных эмоций было излито в СМИ в обзорах почты, колонках мнений и коллективных обращениях учащихся к министру образования. Впрочем, страдали не только студенты: занимающиеся интеллектуальным трудом люди жаловались на трудности ''глубокого'' чтения, на отсутствие концентрации, на то, что ''голова не работает''.
    ''Почему студенты жалуются, что не могут учиться в новых обстоятельствах? Последние достижения когнитивных наук позволяют понять связи между негативными эмоциями и когницией при выполнении заданий, требующих постоянных интеллектуальных усилий. Первое объяснение того, как эмоции (особенно негативные эмоции) захватывают нашу психику, дало физиологическое исследование Walter Cannon. Он показал, что эмоция – это физиологическая предупредительная система в организме, которая активирует ряд систем ниже церебральной коры. Одна из них - миндалина, она быстро активируется перед лицом угрозы и позволяет адекватно реагировать на нее. У человека миндалина активируется быстро и в автоматическом режиме в ответ на социальные стимулы, нагруженные негативными эмоциями. Исследования мозга показывают, что человек не только высокочувствителен к эмоциональному заряду своих восприятий, но и то, что он не может их игнорировать. Напр., эмоции, возникшие при виде змеи в траве, захватят наше внимание независимо ни от чего. 
    Внимание – ресурс ограниченный. Ситуации обучения в образовательных заведениях – будь то онлайн или очное обучение в классах - всегда предполагают фокусирование внимания учащихся и сознательный контроль своих мыслей. Любому преподавателю известно по собственному опыту, как трудно удержать внимание всех учащихся на предмете во время урока. Когнитивный психолог и Нобелевский лауреат 2002 года Daniel Kahneman первым предположил, что внимание – это ограниченный когнитивный ресурс, и что некоторые когнитивные процессы требуют больше внимания, чем другие. Это особенно касается деятельности, предполагающей сознательный контроль когнитивных процессов (напр., чтение или написание академических работ) и включающей то, что Kahneman называл мышлением  ''система 2''. Оно требует внимания и психической энергии. (По Kahneman, процесс мышления ''система 1'' – это мышление быстрое, превалирующее, инстинктивное, эмоциональное, стереотипное, бессознательное; ''система 2'' – мышление более медленное, с усилием, не столь частое, взвешенное, логическое, осознанное). 
    Ограниченная способность к вниманию также составляет ядро теорий, предполагающих, что осознаваемые и контролируемые когнитивные процессы осуществляются в рабочей памяти, что можно сравнить с ментальным пространством, способным к проработке ограниченного количества новой информации. В рабочей памяти внимание выступает в роли распределителя когнитивного ресурса и контролера выполнения действия. Контуры мозговых связей, связанных с рабочей памятью и исполнительными функциями, расположены в префронтальной коре.
    Когда эмоция съедает внимание. Ученые долгое время считали, что проработка эмоций через миндалину не зависит от ресурсов внимания рабочей памяти. Однако накапливаются данные в пользу противоположной гипотезы, говорящей о важной роли контуров, соединяющих миндалину с префронтальной корой, в различении релевантной и нерелевантной для текущего занятия информации. Напр., было обнаружено, что эмоциональные стимулы вмешиваются в выполнение задания, связанного с рабочей памятью, особенно когда они не очень релевантны этому заданию. Более того, по мере возрастания связанной с заданием когнитивной нагрузки (напр., когда задание требует больше когнитивных ресурсов) неблагоприятное вмешательство нерелевантных заданию эмоциональных стимулов тоже увеличивается. То есть, получается, что чем больше когнитивного усилия и концентрации требует выполнение задания, тем легче мы отвлекаемся. 
Эта точка зрения в значительной мере подтверждается исследованиями тревоги, выполненными Michael Eysenck с коллегами. Они показали, что люди в тревоге предпочитают фокусировать свое внимание на стимулах, связанных с угрозой – причем, независимо от выполняемого задания. Эти стимулы могут быть внутренними (беспокоящие мысли) или внешними (образы, воспринимаемые как угрожающие). Это касается и беспокойства в связи с повторяющимися и представляющимися неконтролируемыми мыслями о возможных негативных событиях. Тревога и беспокойство отбирают внимание и когнитивные ресурсы рабочей памяти, что приводит к снижению когнитивной деятельности, особенно при выполнении комплексных заданий. 
Есть исследования, которые показывают, что чувство психической усталости возрастает, если при выполнении задачи человек пытается не реагировать на требования извне. Высказано предположения, что психическая усталость (mental fatigue) – это особая эмоция, которая говорит о том, что наши психические ресурсы истощаются. В целом, это исследование указывает на то, что мы тратим наш ресурс внимания, чтобы избежать затрат внимания на нерелевантную, но эмоционально заряженную информацию. И теперь становится понятнее, почему так трудно – и утомительно – избегать проверки поступлений электронной почты во время чтения научного текста, переключений с почты на Фейсбук, и с Фейсбука на новости о ковиде, когда нас так беспокоит кривая смертей от вирусной инфекции в домах престарелых. 
Эмоции и когниция неразделимы. Современные исследования в когнитивных науках подтверждают то, что мы уже интуитивно знаем: учеба требует внимания, времени и психического ресурса. Исследования показывают, что когнитивные и эмоциональные процессы настолько переплетены в мозге, что, по мнению некоторых ученых, напр., Antonio Damasio, мысль невозможна без эмоции. Тогда не удивительно, что в условиях обилия сообщений об опасностях пандемии студентам оказывается трудно сосредотачиваться на учебе, и большинству из них текущее состояние не оставляет возможностей для требующих размышления чтения или написания работ. Оригинал: Having trouble concentrating during the coronavirus pandemic? Neuroscience explains why - Internet (theconversation.com), 09.06.20. Полный текст оригинала со ссылками см.: https://bit.ly/3gRydxf 

- Психологи  исследуют,  как  американцы  справляются  с  воздействием  COVID-19 
Новое исследование из Университета Толедо с целью выяснить, как COVID-19 и меры социального дистанцирования, направленные на ограничение распространения болезни, повлияли на психическое здоровье американцев, обнаружило нечто неожиданное: чем в большей мере люди считали себя затронутыми пандемией, тем меньше они страдали от одиночества. Не удивительно, что исследование показало, что пребывание дома согласно приказа о самоизоляции широко ассоциировано с повышенной тревогой о здоровье, финансовым беспокойством и одиночеством. В то же время, даже те, кто заявлял о значительном нарушении течения жизни из-за COVID-19, систематически сообщали, что они не столь одиноки, по сравнению с людьми, которые не видели такого мощного вмешательства в их жизни пандемии коронавируса. Ведущий автор профессор психологии Matthew Tull отмечает: ''Вполне возможно, что люди, чувствующие сильное вмешательство COVID-19 в свою повседневную жизнь, больше пытаются поддерживать контакт с другими и стараются иметь доступ к социальной поддержке. В этом есть позитивные аспекты для психического здоровья''. Данный результат поддерживает предположения о том, что общий опыт COVID-19 может усилить близость друг к другу и социальное единение, которые ранее наблюдались после других массовых трагедий. Исследование опубликовано в журнале  
Psychiatry  Research.  По мнению исследователей, тревога людей во времена пандемии может быть мотивирующим фактором, который ведет к ''полезному'' поведению, напр., серьезному отношению к рекомендациям Министерства здравоохранения, осторожности в принятии собственных решений и оценке рисков. Вместе с тем, попытки совладания с такой тревогой могут привести и к проблемному поведению – это злоупотребление ПАВ, обращение за медицинской помощью ради спокойствия (когда она не требуется) или, наоборот, затягивание обращения за помощью в ситуации обеспокоенности по поводу заражения коронавирусом. В ходе обследования в период с 27 марта по 5 апреля (это примерный пик самоизоляции для американцев) было опрошено 500 человек. Источник: Psychologists study how Americans are coping with impacts of COVID-19. - Internet (medicalxpress.com), 03.06.20. Полный текст оригинала: https://bit.ly/2GnnRIV 

- Женщины  во  время  пандемии  пьют  больше,  и,  возможно,  это  связано  с  их  психическим  здоровьем
На межуниверситетском британском сайте  The  Conversation психиатр-аддиктолог Shalini Arunogiri с коллегами из австралийского Университета Монаш обращаются к теме употребления алкоголя женщинами во время текущей пандемии коронавирусной инфекции. Вот что они пишут:
''COVID-19 значительно повлиял на наше коллективное психическое здоровье. Для многих людей нарушение социальных связей, напряженное положение с деньгами, нарастание объема обязанностей дома и продолжающаяся неопределенность создали дистресс, а вместе с ним и потребность в новых способах совладания с ним. Кто-то предпочитает бороться со стрессом с помощью алкоголя. Сейчас мы начинаем понимать степень увеличения употребления алкоголя в Австралии во время COVID-19. И хотя полученные данные пока не вызывают большого беспокойства, тем не менее, они говорят о том, что женщины во время пандемии употребляют алкоголь больше обычного, и рост употребления у них больше, чем у мужчин. Скорее всего, этот тренд связан с уровнями стресса и тревоги женщин в этот период, которые диспропорционально выше уровня дистресса у мужчин – об этом свидетельствуют результаты исследования.
    Потребление алкоголя и COVID-19: Ранние сообщения о росте приобретения населением алкоголя породили беспокойство о росте употребления алкоголя в популяции во время локдауна. Однако последние сведения Австралийского бюро статистики в целом показывают относительную стабильность употребления алкоголя за апрель 2020 – лишь 14% австралийцев сообщили об увеличении употребления алкоголя в этот месяц. Но в этой группе отмечается сверхпредставительство женщин: об увеличении употребления алкоголя сообщили 18% женщин, по сравнению лишь с 10,8% мужчин. 
    Аналогичным образом, предварительные результаты нашего обследования психического здоровья при COVID-19, выполненного в апреле на материале 1.200 австралийцев, показали значимо повышенную пропорцию женщин, увеличивших свое употребление алкоголя - 31,8% против 22,5% у мужчин. Почему такое расхождение между женщинами и мужчинами? Возможно, ответ лежит в нашем знании о причинах употребления алкоголя женщинами и диспропорционально высоком бремени стресса у них в результате COVID-19. 
    Женщины пьют по другим причинам (по сравнению с мужчинами): по данным 2016 года, в Австралии 14% мужчин и 7% женщин употребляли алкоголь на уровне  риска. И хотя регулярное употребление алкоголя среди женщин отмечается реже, чем среди мужчин, в последние 10 лет потребление алкоголя среди женщин растет, особенно среди женщин среднего и старшего возраста. Это соответствует мировым трендам, которые указывают на то, что женщины, возможно, догоняют мужчин в потреблении алкоголя.
    В целом, в Австралии наблюдается снижение рискованного употребления алкоголя на уровне популяции, с увеличением числа молодых людей, не употребляющих алкоголь. При этом единственной подгруппой, в которой употребление алкоголя растет, являются женщины в возрасте старше 50 лет. Это впервые обнаружено в 2016, и эти женщины употребляют алкоголь в более рискованных дозах, чем женщины помоложе. Употребление алкоголя в средней возрастной группе стало нормой и принятым в обществе механизмом преодоления дистресса. 
    Это подводит нас к теме ''мотива совладания''. Многие исследования показали, что женщины употребляют алкоголь, чтобы справиться с трудными эмоциями или стрессовыми обстоятельствами - в сравнении с мужчинами, которые чаще употребляют алкоголь в социальной ситуации или как вознаграждение. 
    Женщинам приходится труднее во время пандемии: учитывая вышеупомянутое, не удивляет увеличение потребления алкоголя женщинами во время COVID-19. По данным международных исследований, женщины во время пандемии чаще испытывают симптомы стресса, тревоги и депрессии. Между тем, австралийские данные показывают, что одиночество в прошлом месяце в условиях локдауна было больше проблемой для женщин (28%), чем для мужчин (16%). Источником стресса является и нагрузка по уходу за членами семьи: во время COVID-19 женщины в три раза чаще мужчин целый день одни обеспечивали уход за детьми. Для некоторых женщин COVID-19 добавил психическое бремя от домашнего насилия. Кроме того, работающие женщины непропорционально сильно пострадали от экономического кризиса вследствие COVID-19, так как большинство их них работают на почасовой основе и не входят в постоянный штат, что делает их уязвимыми в этот период. 
    Пока неясно, увидим ли мы повышенные уровни употребления алкоголя или алкогольной зависимости у женщин после пандемии. Однако мы знаем, что у употребляющих алкоголь женщин быстрее развиваются осложнения, и они с большим опозданием попадают на лечение''. Авторы подчеркивают важность внимания к специфическим гендерным аспектам психического здоровья и потребления алкоголя. Источник: Women are drinking more during the pandemic, and it’s probably got a lot to do with their mental health. - Internet (theconversation.com), 02.06.20. Полный текст со ссылками см.: https://bit.ly/2QKtnao 

- Как  облегчить  проблемы  людей  с  аутизмом  во  время  пандемии  COVID-19
При том что пандемия коронавируса является стрессовым событием для всех, этот кризис может оказаться особенно трудным испытанием для детей и взрослых с расстройством аутистического спектра (РАС), а также их семей. Проф. Adrien A. Eshraghi из Университета Майями опубликовал в разделе корреспонденции в  The  Lancet  Psychiatry  материал о возможных специфических проблемах пациентов с аутизмом во время этой пандемии, а также о том, что следует учитывать службам здравоохранения для обеспечения оптимальной и безопасной помощи. По данным американских центров по контролю болезней, у людей с аутизмом повышен риск осложнений COVID-19. Это потому, что у них имеется тенденция к наличию иммунных расстройств и других коморбидностей. Для детей и взрослых с РАС и их семей процесс изоляции может оказаться особенно тяжелым. Дело в том, что пандемия вмешивается в рутинный порядок жизни и создает таким образом проблемы как для пациентов, так и для членов их семей. Пациенты могут испытывать трудности с пониманием ситуации и самовыражением. В зависимости от уровня функционирования, у пациентов могут быть трудности с коммуникацией, гиперактивностью и поведенческими аспектами. Некоторые могут быть крайне чувствительны к звуку или яркому свету. Из-за этих множественных воздействий люди с аутизмом могут испытывать во время пандемии повышенный стресс.
    Ситуация еще больше осложняется, если пациентам с аутизмом во время COVID-19 требуется медицинская помощь. ''Среда медицинских служб, и особенно отделения неотложной помощи, может быть трудной и переполненной стимулами для людей с РАС в силу обилия людей, звуков и света'', - говорит Eshraghi. Он рекомендует штату этих подразделений распознавать признаки аутизма и понимать, как наилучшим образом обращаться с такими пациентами. Напр., если пациент бегает по комнате ожидания приема, это не потому, что родители не знают, как справиться с ребенком. Скорее, ребенок переполнен стимулами из данной окружающей среды. ''Еще одна проблема людей с РАС - это отсутствие у некоторых концепции ожидания своей очереди, и тогда ожидание вызывает у них нетерпение'', - отмечает Eshraghi. В период, когда важно носить маску, дети с аутизмом могут отказаться это делать или же срывают маску по сенсорным причинам. Возможное решение: ожидать приема не в комнате ожидания (с другими пациентами), а в кабинете врача. Если пациент продолжает срывать маску, обеспечьте родителей дополнительными масками, чтобы создать безопасные условия для ребенка, родителей и медработников. Возможным решением может быть телемедицина, но развитие подобных служб требует научных исследований, а частности, в отношении использования онлайн возможностей для детей с РАС. ''Важно, чтобы организаторы помощи и больничный штат не допускали суждений о родителях и избегали случайной дискриминации просто потому, что они не понимают поведения человека с РАС'', - говорит Eshraghi. ''Нам нужна политика помощи наиболее уязвимым людям во время пандемии. Хочется надеяться, что эта статья привлечет внимание к потребностям таких пациентов и укажет на возможные решения''. Источник: Overcoming challenges of individuals with autism during the COVID-19 pandemic. - Internet (medicalxpress.com), 20.05.20. Полный текст оригинала см.: https://bit.ly/2YVnxHx 

- Депрессия  у  родителей  сопряжена  со  снижением  эмпатии  к  детям  и  повышенным  риском  неблагоприятного  исхода
Родители с более выраженными симптомами депрессии сообщают о том, что они испытывают меньше эмпатии, даже к собственным детям. Об этом свидетельствуют результаты исследования, выполненного в американском университете Вандербилт, опубликованные в  PLOS  ONE.  Это явление может привести к значительным долгосрочным негативным воздействиям на детей, отмечают ученые. ''Каждому человеку важно чувствовать себя понятым и принятым другими, и особенно важно это в контексте отношений между родителем и ребенком'', - говорит рук. исследования Kathryn L. Humphreys. ''По данным научных исследований, когда дети не получают эмпатического ответа от лиц, обеспечивающих уход за ними, они склонны показывать широкий спектр негативных исходов, вкл. повышенную физиологическую реакцию на стресс, повышенный риск психиатрических расстройств, особенно депрессии, и пониженную эмпатию к другим''. Полученные данные особенно актуальны в контексте текущей вспышки COVID-19, в связи с ростом депрессии и тревоги, когда родители пытаются найти баланс между беспокойством о здоровье и финансовой обеспеченности и изоляцией, работой из дома и обеспечением ухода за своими детьми и их обучения. ''Наши результаты могут помочь объяснить, почему родители с депрессией чаще более склонны к негативным родительским практикам, напр., отчуждению или враждебности, и у них редуцированы позитивные родительские практики, напр., чувствительность, участие и теплое отношение'', - говорит первый автор Virginia Salo. Авторы отмечают, что родители с депрессией чаще страдают от упадка физических и психических сил, и раздражительности, что осложняет для них простые семейные мероприятия типа совместного чтения книжки, приготовления еды или игр. Упомянутые виды деятельности важны, потому что они помогают выстраивать эмоциональные связи, способствуют научению и усиливают речевые навыки. ''Трудности родителя в идентификации эмоции ребенка и соединении с ним вызывают особое беспокойство в это непростое время, когда мир ребенка полностью нарушен, и родители являются для него главным источником чувства безопасности'', - говорит Humphreys. Источник: Parent depression linked to reduced empathy toward kids, increasing risk for adverse outcomes. - Internet (medicalxpress.com), 19.05.20. Полный текст оригинала см.:  https://bit.ly/3hVqcZi 

- Пандемия  коронавируса  нарушает  привычное  мышление
На межуниверситетском британском сайте  The  Conversation канадский исследователь Ron Shore (Университет Куинс, провинция Онтарио) в необычном ракурсе рассматривает влияние пандемии COVID-19 на картину мира человека и его привычное мышление. ''Пандемия COVID-19 привела к широкомасштабному нарушению обычной организации и образа жизни человека. Неясность относительно того, когда это все закончится, как ситуация будет развиваться дальше и что случится в будущем привела к коллективному переходному состоянию – типа зала ожидания на пороге перемен.
    ''COVID-19 подорвал наши обычные ожидания и допущения. Данные моего исследования ответа нашего мозга на психоделики говорят о том, что транзиторная (преходящая) тревога, которая приходит при крушении ожиданий, может принести некоторую пользу. Но чтобы эту пользу получить, мы должны намеренно взглянуть на это время как на возможность для трансформации. Я изучал, как умеренные и высокие дозы психоделиков могут помочь ''перезагрузить'' мозг, вывести его из власти старых паттернов. И мне интересно, может ли наше нынешнее состояние неопределенности аналогичным образом воздействовать на головной мозг - в виде метафорической дозы психоделика – и способствовать новым инсайтам, прояснению ценностей и коллективной перезагрузке.
    ''Мозг – это машина прогнозирования: одно из последних исследований с псилоцибином показывает, что психоделик может буквально перетряхнуть работу мозга. Сканы мозга под воздействием психоделиков показывают состояние хаоса, или энтропии, и рассинхронизацию волновой активности мозга. Энтропия – это мера неопределенности и случайности, или расстройства. Британский нейробиолог Karl Friston определяет энтропию как меру неопределенности, ''средний сюрприз''. Низкая энтропия, в среднем, означает, что исход сравнительно предсказуем. С точки зрения Friston, мозг – это машина для прогнозирования. Мы конструируем будущее из прошлого. Мы делаем предиктивные допущения (сознательные и бессознательные), чтобы сберечь энергию и упростить интерпретацию непрерывного потока входящих стимулов. Мы добиваемся в этом мастерства, но за счет потери в новизне. 
    Срыв существующих паттернов:  проблемы психического здоровья часто сопряжены с чрезмерной руминацией, т.е. ригидными, персистирующими и негативными мыслями, с низкой энтропией. Руминация лишает психику гибкости, особенно если она привязана к воспоминаниям с повышенным (позитивным или негативным) эмоциональным резонансом. Повязший в повторах мозг испытывает дефицит новизны и удивления, и его прогноз на завтра будет очень напоминать день сегодняшний. Психоделики разрывают эту руминационную колею и перестраивают паттерны коммуникации в мозге, что нередко дает в результате измененное состояние сознания, отмеченное транзиторной спутанностью с последующей высокой вероятностью абсолютно новых, значимых и возможно даже мистических переживаний. Когда жесткий вертикальный контроль эго ослабевает, тогда расцветает анархия творческого бессознательного. 
    Как могут помочь психоделики: наша научная группа в Университете Куинс недавно выполнила обзор существующих исследований о психотерапии с использованием псилоцибина (см.: https://bit.ly/3hVqcZi). Из более чем 2.000 ссылок мы отобрали 9 завершенных клинических испытаний с общим количеством участников 169 человек. В целом, испытания показали, что большинство участников достаточно хорошо переносили эти интервенции и у них отмечено улучшение психического здоровья, в частности, в области обсессивно-компульсивного расстройства, аддикции, депрессии, психологического дистресса в связи с онкологией и деморализации среди людей, долго живущих со СПИД. Участники сообщают о переживаниях преходящей тревоги, дистресса и спутанности, состояниях радости, всеобщей соединенности, катарсиса, прощения и мудрости. Психоделическое переживание – это классический путь героя. Герой покидает домашний комфорт, преодолевает испытания и вызовы, обусловленные прошлым мышлением и образом жизни, проходит через глубокие транформации и возвращается совершенно иным человеком. Уход от предсказуемости и вступление в неведомое - это порог трансформации. 
    ''Участники коллективных психоделических ритуалов обычно испытывают чувство глубокой всеобщей связанности, родства и даже телепатической связи с другими участниками. Мне кажется, что мы испытываем аналогичные моменты во время эпидемии коронаинфекции. COVID-19 радикально вмешался в нормативные привычки общества. Он вынудил машину экономики остановиться. Он заставил очень многих пересмотреть свои практики и приоритеты. В некоторых случаях он развеял наше нормальное ощущение раздельного существования (несмотря на физическую дистанцию). Возможно, что как и переходное психоделическое состояние, переживаемая нами сейчас неопределенность приведет к прозрениям относительно того, как может быть дальше. Будущее не должно пребывать в прошлом. И те из нас, кто может чувствовать пространство и время, имеют также возможность произвести перезагрузку, раскрепостить нашу психику, уйти от повторения старых паттернов и испытать то новое, которое предложит жизнь, и сделать лучше, чем было''. Источник: Psychedelic experiences disrupt routine thinking – and so has the coronavirus pandemic. - Internet (theconversation.com), 18.05.20.  Полный текст со ссылками см.: https://bit.ly/3gPDzZW

- Связанные  с  коронавирусом  психозы  разовьются у небольшого,  но  значимого  количества  людей
Ученые из австралийского Национального центра психического здоровья молодежи  Orygen и Университета в Мельбурне сделали экспресс-обзор современных эпидемических и пандемических исследований с целью оценить потенциальное воздействие COVID-19 на людей с психозами. В обзоре, уже опубликованном онлайн в 
Schizophrenia  Research,  авторы отмечают, что рост распространенности психозов в результате COVID-19 скорее всего будет ассоциирован с наличием в окружении вируса, предшествующей уязвимостью и психосоциальным стрессом. В публикации также отмечается, что люди с психозами могут оказаться большой проблемой и трудной группой контроля заражения для работающих с ними клинических бригад. В ходе исследования Ellie Brown изучила опубликованные исследования о таких вирусных инфекциях как MERS, SARS, свиной грипп и пр. за последние 20 лет в поисках каких-либо связей с особенностями воздействия этих вирусов на людей с психозами. ''COVID-19 – это очень стрессовый опыт для любого человека, и особенно для человека с комплексными потребностями психического здоровья'', - говорит Brown. ''Мы знаем, что психозы и первый психотический эпизод обычно запускаются значительными психосоциальными стрессами. В контексте COVID-19 это может быть стресс, связанный с изоляцией, и необходимость оставаться в трудной семейной ситуации. Это исследование показывает, что их мысли о заражении и их понимание социальной дистанции могут отличаться от представлений общей популяции''. Соавтор проф. Richard Gray дополняет коллегу: ''Этой группе, вероятно, потребуется больше поддержки с учетом изоляции, физического дистанцирования, мытья рук и пр., и клиницисты должны это учитывать, работая с этой уязвимой популяцией''. Источник: A small but important number of people will develop coronavirus-related psychosis. - Internet (medicalxpress.com), 13.05.20. Полный текст оригинала см.: https://bit.ly/3i4kynG 

- Специалисты-лечебники  службы  психического  здоровья  видят  мало  смысла  в  терапии  через  экран
Психиатры и психологи предпочитают очный контакт со своими пациентами, а не беседы через видеозвонки. Лечащие специалисты служб психического здоровья видят мало смысла в оказании помощи на расстоянии – пишет газета  NRC  на основании исследования, выполненного в Медцентре Утрехтского университета. Лишь 1% из опрошенных 592 специалистов (психологов и психиатров), занимающихся лечением, сказали, что предпочитают видеозвонок настоящему очному контакту. Статья опубликована в профессиональном журнале  Tijdschrift  voor  Psychotherapie.  Из-за мер, введенных по причине коронаинфекции, с марта 2020 специалистам системы психического здоровья пришлось общаться со своими пациентами посредством телефона, планшета или компьютера. Они рассказали исследователям, что определенные методы психотерапии нельзя использовать через видеозвонок. Даже если онлайн-терапия по эффективности не уступает терапии ''живьем'', психиатры и психологи просто не возлагают на нее больших надежд, пишут авторы исследования. 
    При этом страховщики переполнены энтузиазмом в связи со скоростной цифровизацией помощи в системе психического здоровья в результате коронакризиса. Крупные страховщики хотят, чтобы более 15% помощи в сфере психического здоровья в своей значительной части оказывалась в цифровом виде, т.е. была ''смешанной'' – отчасти онлайн и отчасти очной, отмечается в публикации NRC. Страховщики уже давно настаивают на важности цифровизации как способа сокращения листов ожидания на оказание помощи. До коронакризиса на них стояли 90.000 человек. По их мнению, если люди с менее тяжелыми жалобами получат помощь в формате онлайн, то высвободятся мощности для обеспечения помощью пациентов, нуждающихся в очной психотерапии. 
    Тяжелые случаи: ''Вопрос в том, кому помогут планы страховщиков'', - говорит соавтор исследования профессор психиатрической эпидемиологии и рук. отдела исследований мозга Jim van Os (Утрехтский университет). ''Ясно, что не тяжелым и сложным случаям''. Если новые лекарственные препараты до получения разрешения на применение должны пройти процедуру испытания в соответствии со строгими правилами, то в отношении психологической помощи, похоже, ''существуют другие нормы'' – пишут авторы. Сначала новшества внедряют, а потом ''мы посмотрим, работают ли они, и если работают, то как''. Пока не исследовано, дают ли признанные эффективными в очной психотерапии методики те же результаты при цифровой реализации терапии. По мнению van Os, онлайн-терапия сродни ''прыжку в неизвестность''. До начала коронакризиса сегмент ''цифровизированной'' помощи в системе психического здоровья Нидерландов составлял менее 5% - такова оценка представителя страховщика Menzis. ''Страховщикам надо сесть за стол переговоров с психиатрами и психологами, и найти общий подход к обсуждению перспективы'', - считает представитель страховщиков.
    Сами пациенты тоже не всегда удовлетворены современными альтернативными формами психолого-психиатрической помощи – об этом говорят результаты исследования, выполненного в начал мая учеными Тримбос-института в сотрудничестве с пациентской организацией MIND. Три четверти опрошенных признали, что им очень не хватает обычных контактов со специалистами. Один из них сформулировал это следующим образом: ''изображения в телефоне не показывают того, что видно при обычной встрече''. 
    По мнению страховщиков, цифровизированная помощь ''не должна заключаться лишь в замене очного контакта изображением в экране – она должна идти дальше''.   Menzis надеется, что профессионалы служб психического здоровья ''найдут инновационное применение цифровым возможностям''. Но последнее слово остается за пациентом – его право решать, как он хочет, чтобы его лечили. Публикация в газете: https://bit.ly/2DkLYqm. Оригинал в научном журнале: https://bit.ly/353yOK5 

– Половина  молодых  людей  во  время  коронакризиса  чувствуют  себя  более  одинокими
В Нидерландах половина молодых людей в возрасте 18-25 лет чувствуют себя более одинокими из-за коронакризиса. Этот процент выше, чем, напр., у пожилых людей – среди них более одинокими в этих условиях чувствуют себя 25%. Об этом сообщает исследовательское бюро I&O Research и Университет Твенте. В настоящий момент по причине социальной изоляции четверть населения испытывает усиление чувства одиночества. В опросе, состоявшемся 26-30 марта, приняли участие 2.342 взрослых голландцев. По мнению исследователей, чувство одиночества среди молодых людей объясняется большими изменениями в социальной активности по причине введенных Кабинетом министров мер, связанных с эпидемией коронавируса. Пожилые люди в жизни сталкивались с чувством одиночества еще до введения этих мер, поэтому у них различие в состоянии до- и во время данного кризиса не столь велико. Исследование данной выборки также показывает, что голландцы очень серьезно относятся к мерам, принятым в связи с коронавирусом. Практически все (99%) говорят, что выдерживают социальную дистанцию в 1,5 м. Также почти все респонденты чаще моют руки (97%) и по максимуму находятся дома (93%). Источник: Helft van de jongeren voelt zich eenzamer door coronacrisis. - Internet (nu.nl), 03.04.20. 

- Долгосрочные  психологические  эффекты  COVID-19
Врач-эпидемиолог и исследователь травматического стресса Сандро Галеа (Sandro Galea) из Бостонского университета обращается на сайте psychologytoday.com  к теме психического здоровья во время пандемии, в частности, психологическим эффектам вирусной вспышки. Он отмечает, что продолжающаяся эпидемия COVID-19 во многом является беспрецедентной – как по масштабу вызовов и реакции на них системы общественного здоровья, так и по историческому контексту, в котором это действие развертывается. 
    С одной стороны, COVID-19 - это первая глобальная пандемия в эпоху социальных медиа и эру «альтернативных фактов». С другой стороны, эта инфекция ведет себя как болезни предшествующих эпидемий, например, тяжелый острый  респираторный синдром (SARS), распространение которого в 2003 удалось сдержать, в основном, широким использованием карантина. Уже во время той эпидемии были выявлены психологические эффекты карантина в Торонто (Канада), которые выражались в высокой распространенности психологического дистресса, включая  симптомы депрессии и ПТСР. То есть, главный итог: даже если нам удастся остановить физическое распространение болезни путем массивного использования карантина и соблюдения социальной дистанции, в долгосрочной перспективе еще предстоит иметь дело с психическими эффектами этого события. 
    Вот об этом часто забывают, тогда как психические эффекты COVID-19 могут формировать состояние здоровья людей на многие годы вперед и потому необходимо позаботиться о том, чтобы предпринимаемые в этой кризисной ситуации усилия наилучшим образом удовлетворяли интересам общественного здоровья, когда пандемия закончится и нашей задачей станет не ответ на непосредственный вызов, а последовательное движение в направлении выздоровления пациента. 
    Опыт прошлого позволяет увидеть возможные варианты картин будущего. Причем не только опыт эпидемий. Протесты, восстания масс и стихийные бедствия тоже могут многому научить – в частности, показать, как крупномасштабные и дезорганизующие жизнь события могут формировать психическое (не)здоровье. В недавно опубликованном исследовании мы с коллегами изучали непосредственные и долгосрочные эффекты протестов, беспорядков и революций на психическое здоровье. Выяснилось, что после упомянутых коллективных действий уровни депрессии и ПТСР в популяции были такими же, как в популяциях, переживших стихийные бедствия или нападения террористов. В этих популяциях также отмечен «эффект переполненности», когда тревога в связи с нарушившим нормальную жизнь событием распространяется по сообществу, как круги по воде. 
    У этих событий есть и экономическая сторона. В случае COVID-19 мы уже видим падение рынков. Но основное экономическое бремя эпидемии ляжет на низкооплачиваемых, с почасовой оплатой, работников, которые не могут себе позволить оставаться дома в карантине, хотя именно этого требует болезнь. Это неминуемо вызовет последствия для здоровья. Тесная связь уровня дохода с физическим и психическим здоровьем хорошо известна. Так, например, разница в ожидаемой продолжительности жизни между американцами, находящимися в самом верху и самом низу экономической лестницы, составляет 10-15 лет, а неравенство доходов сопряжено с риском депрессии. COVID-19 может усугубить существующее неравенство как в долгосрочной, так и в краткосрочной перспективе, учитывая, что  эпидемия подрывает спокойное состояние духа, необходимое для крепкого психического здоровья, и усиливает вызовы для людей, уже склонных к проблемам психического здоровья.
    Учитывая вероятность долгосрочных негативных последствий для психического здоровья, которые будут простираться много дальше времени продолжения этой эпидемии, какие шаги следует предпринять? Во-первых, важно распространять честные  и свежие данные о COVID-19, чтобы противодействовать искажениям информации, которые могут порождать ненужный страх. Во-вторых, следует позаботиться об особо уязвимых к стрессу популяциях - это люди с психическими расстройствами, например, депрессией и тревогой, и дети. В-третьих, мы особо отвечаем за людей, на которых лежит главное бремя борьбы с эпидемией. Это медики, они рискуют собой на первой линии противостояния с болезнью.
    И, наконец, необходимо осознать, что это касается всех. Мы все в одной лодке. Когда травма бьет по обществу, то удар приходится не по какой-то одной группе лиц, проживающих в одной местности. Сопереживание, взаимная помощь и поддержка нам нужны для сохранения физического и психического здоровья в последующие нелегкие месяцы. Источник: Galea S.  Mental health in a time of pandemic: The psychological effects of an outbreak. – Internet (psychologytoday.com), 14.03.20. Оригинал см.: https://bit.ly/3i4jGPW

- Психологическое  воздействие  карантина  и  как  его  уменьшить
В связи со вспышкой коронавируса, начавшейся в декабре 2019, возникло много вопросов о том, как применять карантин наиболее эффективным образом исходя из данных науки. Журнал  Lancet  опубликовал экспресс-обзор о психологическом воздействии карантина на основе трех электронных баз данных. Из обнаруженных 3166 публикаций для включения в обзор были отобраны 24. В большинстве использованных источников сообщается о негативных психологических эффектах, вкл. симптомы посттравматического стресса, спутанность и гнев. В качестве стрессоров выделяются большая продолжительность карантина, боязнь заразиться, фрустрация, скука, нехватка необходимого для жизни, неадекватность информации, финансовые потери и стигматизация. Некоторые исследователи указывают на долгосрочный характер этих эффектов. В ситуациях, когда карантин представляется необходимым, власти не должны держать людей дома дольше необходимого времени и обязаны предоставлять четкое обоснование для карантина и информацию о соответствующих протоколах, а также позаботиться об обеспечении людей необходимым для жизни. Рекомендуется взывать к альтруизму граждан, напоминая о пользе карантина для общества. Главное:
•    Ключевая роль информации для людей в карантине: она нужна для понимания ситуации
•    Эффективная и быстрая коммуникация
•    Обеспечение предметами как общего, так и медицинского назначения
•    Карантин должен быть коротким, и его установленная продолжительность не должна меняться (за исключением экстремальных обстоятельств)
•    Большинство негативных эффектов обусловлены введенными властью ограничениями свобод; добровольный карантин ассоциирован с меньшим дистрессом и меньшим количеством долгосрочных осложнений
•    Чиновники системы общественного здоровья должны делать акцент на альтруистическом выборе самоизоляции.
Источник: Psychological impact of quarantine and how to reduce it. - Internet, 14.03.20.  Полный текст оригинала см.: https://bit.ly/31QR9b5 

- Краткосрочные  психологические  последствия  объявления  эпидемии  COVID-19
Китайские ученые выполнили исследование с целью изучить воздействие COVID-19 на психическое здоровье людей и помочь таким образом политикам в разработке и реализации действенных мер, а работникам служб психического здоровья – в обеспечении своевременной помощи нуждающимся людям. Для исследования были собраны и проанализированы посты в популярной социальной сети Вейбо от 17.865 активных пользователей, с использованием ряда предиктивных моделей машинного обучения. На основании собранных данных авторы рассчитали частоту употребления слов, показатели эмоциональных индикаторов (напр., тревоги, депрессии, негодования и счастья) и когнитивные индикаторы (напр., суждения о социальном риске и удовлетворенности жизнью). Кроме того, изучались различия в одной и той же группе участников до- и после объявления эпидемии COVID-19 в Китае 20 января 2020. Результаты показывают рост негативных эмоций (тревоги, депрессии и негодования) и чувствительности к социальным рискам, и снижение показателей позитивных эмоций (напр., счастья) и удовлетворенности жизнью. Люди стали больше беспокоиться о своем здоровье и своей семье, и их меньше интересовали досуг и друзья. Полученные результаты дают информацию о краткосрочных индивидуальных изменениях в психологическом состоянии после вспышки вирусной инфекции. Статья опубликована в журнале  Environmental  Research  and  Public  Health.  Источник: Impact of COVID-19 epidemic declaration on psychological consequences. - Internet, 28.02.20.  Полный текст оригинала см.: https://bit.ly/3hN1BpD